Европейская касатка
Распространение. Ареал. В Европе касатка встречается на гнездовье по всей территории материка, Британских о-вах и оо. Средиземного моря. На севере — в Скандинавии и Финляндии она достигает 71° с. ш. В Азии касатка населяет весь юго-запад до Ирака и юго-западного Ирана. В Аравии гнездование отмечено только на о. Аль-Бахрейн. В Белуджистане, Афганистане, Северной Индии и Гималаях, согласно большинству авторов, гнездится номинальный подвид (Хартерт, 1910; Уайзерби, 1945; Нитхаммер, 1937). Однако Бекер (1926) считает, что Афганистан, Белуджистан, Гильгит, Ладак и Гималаи к югу от Брамапутры заселены Я. г. gutturalis. К востоку номинальная форма достигает Алтая и Енисея.
Научная классификация
Царство: Животные Тип: Хордовые Класс: Птицы Отряд: Воробьинообразные Семейство: Ласточковые Род: Настоящие ласточки Вид: Европейская касатка
В пределах Советского Союза касатка поднимается к северу не так высоко, как в Скандинавии. За Полярным кругом она гнездится лишь в западных частях Кольского п-ва—в г. Кола (Плеске, 1887). Указано ее гнездование для западного берега Онежского залива Белого моря (Поляков). Довольно обычна под Онегой, встречена на Соловецких о-вах в конце июня, т. е. в гнездовое время. Гнездится под Архангельском и на р. Мезень от Лешуковского до г. Мезень (Паровщиков).
Далее к востоку, у Чешской губы, отмечена, по распросным сведениям, на гнездовье у селений Верхняя Пеша и Кильцо (Гладков, 1951). Затем граница несколько понижается, и в бассейне Печоры гнездовые нахождения лежат на верховьях Вычегды (Помоздино, Сысьва) и у Усть-Ылыча (Дмоховский, 1933; Остроумов, 1949), хотя отмечалась и для Усть-Цильмы (Сибом и Харви-Браун, 1876).
Еще далее к востоку указывается для Ивделя. По Оби касатка почти доходит до Полярного круга, так как гнездится в с. Кушеват, лежащем на 65° с. ш. (Дерюгин, 1900). Енисей граница пересекает под 64° с. ш. (Тугаринов и Бутурлин, 1911); в Туруханском районе достигает 66° с. ш. (Шухов, 1915).
За Енисей, к востоку, эта форма касатки выходит очень незначительно (Тугаринов и Бутурлин, 1911), но в районе Сибирской железной дороги достигает Иланской (Залесский, 1921). На северо-восточном Алтае она гнездится на Телецком озере, Таштыпе и доходит до Енисея в районе Минусинска (Сушкин, 1914, 1938). Однако от северо-восточной окраины Алтая уже начинают попадаться особи, не отличимые от Н. г. gutturalis, которые иногда образуют с типичными смешанные гнездовые пары.
Таким образом, отсюда начинается полоса, населенная переходной между европейской и китайской касаткой популяцией. Начиная от Алтая и кончая Северной Финляндией, ареал касатки выходит к югу и западу за наши государственные границы. Внутри заселенной ею на территории СССР области пробелы в ареале, в сущности, отсутствуют. Нет касатки в Танну-Туве (Сушкин, 1938). В очень небольшом числе встречается в области пустынь Средней Азии, например гнездится на чинках Устюрта, но в песчаных пустынях гнездование сомнительно (Зарудный, 1915; Кашкаров и Курбатов, 1929).
В редких случаях гнездится в центральных участках высоких горных систем, как-то: Алтая (Сушкин, 1938), Тянь-Шаня (Шнитников, 1949) и Памира (Дементьев, 1935). Область зимовок охватывает Африку к югу примерно от 12° с. ш. до мыса Доброй Надежды, Индию и доходит до Бирмы. Случайно зимует даже на Борнео и Филиппинских о-вах (Бекер, 1926).
Известны многочисленные залеты на север и запад вплоть до Гренландии, Ян-майена, Исландии (где может быть даже иногда гнездится; Молиньюкс, 1930), Фарерских и Медвежьего о-вов, Шпицбергена, о-вов. Франца Иосифа, Новой Земли, Тиманской тундры, о. Харлов, Енисейского залива и о-вов Атлантического океана (Азорские, Канарские, Мадейра).
Характер пребывания. В пределах Советского Союза касатка является только гнездящейся птицей и улетает от нас на зиму. К категории залетных, негнездящихся видов она может быть отнесена лишь в очень небольших районах, лежащих за северной окраиной гнездового ареала. У южных административных границ Союза—на Украине, Кавказе и в Средней Азии ее можно считать в значительной степени пролетным видом, так как общее число гнездящихся птиц явно уступает здесь массе пролетных.
Даты. Самые ранние весенние появления касаток относятся на территории СССР к областям, прилегающим к южному побережью Каспийского моря. У Гассан-Кули эта птица наблюдалась уже 28 февраля (Воробьев и Исаков, 1940). Однако в этот день отмечался только одиночный экземпляр, а настоящий лет начался с половины марта. Вообще для касаток часто бывает свойственно предварительное появление одиночек или немногочисленных особей, настоящий же пролет начинается несколькими днями позднее. Очень раннее появление таких одиночек для юго-западного Каспия—о. Сара и Кумбашей указывается 13 и 14 марта.
С 18 марта здесь появились уже стайки, а с 20—22 стали выделяться оседающие особи (Тугаринов, 1950; Иванов, 1952). Настоящий пролет стаями по 100—120 особей начался здесь с первых чисел апреля. В окрестностях Еревана касатка была отмечена 10, в Нахичевани 17, а в области среднего течения Аракса 24 марта (Ляйстер и Соснин, 1942). На Черноморском побережье Кавказа этот вид наблюдался 22 марта (Вильконский, 1897).
В Средней Азии мартовские находки относятся к юго-западным участкам. Й Кушке порядочный пролет касаток был зарегистрирован 17 числа, но ниже по течению Мургаба—у Сары-Язы—первое появление было отмечено уже 14 числа (Лоудон, 1910). Здесь же валовой пролет наблюдался 16 апреля (Радде и Вальтер, 1889). 23 марта касатка была отмечена у Ашхабада и Чарджоу (Радде и Вальтер, 1889), а также между Мары и Аму-Дарьей. В этом месте 27 марта ласточки появились в значительном количестве (Лоудон, 1910). Здесь же оживленный пролет наблюдался между 25 апреля и 9 мая (Зарудный, 1896).
Для Гассан-Кули, кроме выше приведенных сведений, существуют и другие наблюдения, согласно которым первое появление отмечено здесь 26 марта, а на следующий день ласточек было уже несколько (Дементьев, 1945). Под Ташкентом в некоторые годы касатка появляется в последних числах марта B4—28), но иногда ее прилет бывает в первые дни апреля.
Под Сталинабадом этот вид ласточки появляется между 4 и 10 марта. Разгар прилета и пролета наблюдался между 25 марта и 5 апреля (Ахмедов). У Самарканда появление зарегистрировано 28 марта (Даль, 1941). На средней Сыр-Дарье ласточка прилетела в Джулек 31 марта, а массовое движение было здесь в середине апреля (Спангенберг, 1941). В Кызыл-Кумах касатки показались в начале марта и были там обычны до середины апреля (Зарудный, 1915).
Далее на восток ласточки прилетают только в апреле. 3 они отмечены у Намангана, 10 у Бийлю-Куля (Долгушин, 1951). И апреля появление касаток указано для Джаркента, 17—Алма-Ата, 21—устья Или и 24—Копала (Шнитников, 1951), а в конце этого месяца появление касаток наблюдалосьна р. Биже (Кузьмина, 1945.) В устьях Урала прибытие ласточек датируется 12 апреля, хотя в виде исключения они могут появляться там почти на месяц раньше, так как одиночная особь была отмечена Карелиным у льда Каспия уже 19 марта.
На Эмбе у Кок-Джиды первая ласточка была встречена 18 апреля, а в большом количестве появились они 29. Под Иргизом показались очень поздно — 2 мая (Сушкин, 1908). В Наурзумском заповеднике прибытие первых касаток наблюдали 12 апреля (Михеев, 1937). На Кавказе прилет ласточек датируется 3 апреля для Тбилиси, 13—для Боржоми. У Тбилиси множество появилось 18—20 апреля. Маленькие стаи были отмечены на Алазани 6—7 апреля (Радде, 1884). В районе северо-западного Кавказа ласточки появляются весной с первых чисел апреля (Аверин и Насимович, 1938). В Предкавказье этот вид отмечался у Грозного 3—11 апреля, у Ильинска 9, у Канева 10 и у Ставрополя 1—13 апреля (Радде, 1884).
В конце марта касатки отмечались у берегов Азовского моря, где их появление было зарегистрировано 30 апреля у Таганрога (Радде, 1884). Этим же сроком датируется первое наблюдение в Котлагаче (Боровиков, 1907). На Украине касатка появляется в различных числах апреля, хотя имеются указания на ее прилет 22 марта в Харьковскую обл. (Сомов, 1887) и 24 марта в Полтаву (Гавриленко, 1929). Больше таких ранних нахождений на Украине нет и даже для Крыма указывается прибытие не ранее 3 апреля (Никольский, 1892).
На западном побережье Черного моря — у Овидиополя появление отмечено 14 апреля (Куликовский, 1913). В Херсонскую обл. касатки прибывают около 10 апреля (Браунер, 1894). В Харьковской обл., по данным многих лет, появление касаток наблюдается (если не учитывать обособленное, слишком раннее появление 22 марта 1951 г.) с 6 по 30 апреля. При этом чаще всего оно приходится на 10—15 или 18—26 апреля (Сомов, 1897).
Различие в датах зависит от характера весны; так, например, более или менее нормальной весной 1905 г. касатки появились у Изюма A2 апреля, а в холодную позднюю весну 1908 г. только 28 апреля; Аверин, 1910). На юге Киевской обл., у Умани» касатки прилетают в середине апреля (Гебель, 1849), но у Киева их первое появление датируется 7 апреля (Шарлемань, 1913). В Черниговской обл. появление первых особей отмечено 6 апреля, а массовое—через 2—3 дня (Емельяленко, 1913).
В западных частях Украины—на юге Винницкой обл.—прилет касаток с 9 по 21 апреля, с наиболее частым появлением 17 апреля (Бауман, 1916). В пределах Закарпатья ласточки показываются в первой половине апреля, но в горные участки проникают только к концу этого месяца, хотя переваливают Карпаты дней через 10 после их появления внизу (Страутман, 1942).
На Волыни касатки отмечены 16 апреля ус. Смоляры, 8—у Острога и Ровно (Шарлемань и Портенко, 1926). В Белоруссии ласточки появляются между 9 и 23 апреля (Шнитников, 1913). В Прибалтике время их появления приурочено к концу апреля B4—28)—началу мая B—3—4) (Лоудон, 1899; Герме, 1913). Массами наблюдались здесь ласточки 16 мая (Герме, 1913).
Самое раннее появление в Эстонии, в районе Йыгева, по данным пятнадцатилетних наблюдений, 18 апреля, самое позднее—13 мая (Тамм, 1953). В апреле же прилетают они в Калининградскую обл., где регулярные наблюдения в течение 19 лет показывают, что прилет начинается между 16 апреля и 4 мая. В среднем — 24 апреля. В виде исключения одиночки отмечаются значительно раньше, чем указано для начала пролета.
Так, у Карлсберга (район Гернауен) — 23 марта, а у Усдеггена, близ Шталлюпенена,—8 апреля (Тишер, 1914). В бассейне Дона и верхней Волги прилет касаток приходится на вторую половину апреля. В Воронежской обл. первые отмечены 18 апреля, а большое число — 21 (Северцов, 1855—1950). Однако в некоторые годы прилет отмечается уже 13 апреля (Измайлов, 1946). В Тамбовской обл. первые касатки наблюдались 3 мая (Резцов, 1910), так же как и в Рязанской (Хомяков, 1900). В Тульской обл. первое появление было отмечено значительно ранее—28 апреля (Сушкии, 1892).
Для Калужской обл. двадцатилетние наблюдения показывают, что касатки появляются там между 18 апреля и 7 мая, причем чаще всего их прилет падает на период с 27 апреля по 4 мая (Филатов, 1915). В Московскую обл. ласточки прилетают между 23 апреля и 8 мая, смотря по погоде (Лоренц, 1894). В Смоленской обл. эти птицы появляются между 17 апреля и 7 мая, чаще всего в последних днях апреля (Меландер, 1934). Массовое появление для этой области указывается 28 апреля (Меландер, 1913) — 1 мая (Гржибовский, 1912).
В Псковскую обл. касатка прилетает в конце апреля B0—26—28). Валовой лет отмечается в начале мая и к середине месяца заканчивается (Зарудный, 1910). Однако по другим данным, собранным в течение 15 лет, появление первых особей приходится на 25 апреля—3 мая (лишь однажды 15 апреля), а массовый лет начинается с 28 апреля—10 мая. Чаще всего его начало приходится на 2 мая (Нестеров, 1913). Новгородской обл. касатки достигают в пятых числах мая (Бианки, 1910).
Примерно к этому же времени, т. е. к первой декаде мая, приурочивается прилет в Калининскую обл. (Третьяков, 1910). В Ленинградской, у Лахты, первое появление отмечено 3 мая (Лауниц, 1913). Вообще же в этой области касатки появляются в начале мая (Бихнер, 1887). У границы Вологодской и Ярославской обл., в междуречье Шексны и Мологи, ласточки начинают попадаться с 9—10 мая (Спаи генберг и Олигер, 1949). В бассейне средней и нижней Волги весенний прилет ласточек приходится на следующие сроки: в дельте одиночные экземпляры появляются в начале апреля (Воробьев, 1936).
На границе Куйбышевской и Чкаловской обл. у Бугуруслана прилет в течение трех лет наблюдался между 27 апреля и 3 мая, причем в последнем случае уже 5 числа был валовой лет (Исполатов, 1912). По другим данным, материалы 14 лет показывают, что наиболее ранней датой прилета у Бугуруслана является 25 апреля, наиболее поздней — 9 мая. Чаще всего первые ласточки показываются 1 мая. Скоро за первыми летят и другие, но стаи весной не наблюдаются (Карамзин, 1S01).
В Мордовской автономной респ., на средней Суре, у Алатыря, прилет наблюдался 28 апреля и 1—2 мая, валовой лет дней через десять. В Пензенской обл. у Нижнего Ломова прилет зарегистрирован 23 апреля (Смагип, 1913). У Казани ласточки появляются 5—15 мая (Першаков, 1914), а по другим данным—4—18 мая (Богданов, 1871). В Горьковской обл. прилет птиц бывает на юге около 6, а на севере около 14 мая (Пузанов, Кипарисов, Козлов, 1942). В бассейне Урала прилет приходится на апрель—май. В Джембейтинском районе Западного Казахстана первые особи появились 10 апреля (Павлов, 1927).
Под Чкаловом касатка прилетает между 19 апреля и 3 мая. Валовой лет приходится на начало—середину мая (Зарудный, 1897). В Башкирской АССР ласточки появились у Уфы 27 апреля (Сушкин, 1897). Еще далее к востоку, в Тюмени, прилет замечен 9, 12 и 14 мая (Словцов, 1892), а у Тары—7 мая (Ушаков, 1914). Несколько выше Омска, на Иртыше, в запоздалую весну 1904 г. касатки показались 1 мая, а 5 и 6 их было много на Иртыше между 51 и 52° с. ш. (Сушкин, 1938).
В Кузнецкой степи ласточки показываются очень поздно— между 7 и 26 маем, как можно судить из семилетних наблюдений (Хахлов, 1947). У Телецкого озера, в Яйлю, прилет зарегистрирован 16 мая, а 20 здесь было уже 20—30 экземпляров (Фолитарек и Дементьев, 1938). У Бийска касатка отмечена 12 мая, у Комара первые появились 18. У Новенского прилетели 21 апреля—3 мая. В Онгудае касатки показались 23 мая (Сушкин, 1938).
У Томска появление отмечено 25мая(Иоганзен, 1898). Наконец, у Красноярска касатка в период между 1941 и 1948 г. появлялась 9—18 мая (Юдин, 1952). Крайних северных пределов своего ареала касатки достигают не ранее середины мая. У Колы прилет отмечен 17 мая (Плеске, 1887), у Архангельска 15 мая—8 июня (Паровщиков); у Чердыни 19—24 мая (Резцов, 1904). На Средний Урал прилетает в середине мая (Шварц, Павлиний, Данилов, 1951).
У Сургута на Оби появляется в конце мая, а у Березова — в начале второй половины июня (Словцов, 1892). В Средней Европе ласточки появляются около середины апреля и отлетают оттуда в сентябре—первой трети октября. Отлет касаток на крайнем севере ареала начинается, повидимому, в августе. Прямых указаний на время отлета с Кольского п-ва нет, но смежные районы Финляндии касатки покидают 25—28 августа и даже остаются до начала сентября (Плеске, 1887).
Из Архангельска они отлетают между 14 августа и 1 сентября (Паровщиков). На Среднем Урале их исчезновение приурочивается к концу августа (Шварц, Павлиний, Данилов, 1951). Под Уфой отлет начинается во второй половине августа и захватывает первые числа сентября (ст. ст.). Последняя стайка наблюдалась здесь 28 сентября (Сушкин, 1897).
В Чкаловской обл. отлет начинается в начале—середине августа, самая поздняя дата наблюдения здесь 24 октября (Зарудный, 1897). У Казани отлет наблюдался 21—23 сентября, но одиночек можно было видеть до 12 и даже 23 октября (Богданов, 1871). В Мордовской АССР, в области среднего течения Суры, у Алатыря, отлет начинается 14—15 августа. В начале октября еще встречаются кое-где, видимо, отставшие особи (Волчанецкий, 1924).
В Куйбышевской и Чкаловской обл., в районе Бугуруслана, отлет приходится на сроки с 18— 25 августа по 4—25 октября (Исполатов, 1912), но по другим данным он начинается 8—20 августа и тянется с перерывами в 5—10 дней до 26—30 сентября (Карамзин, 1901). В дельте Волги осенний лет захватывает сентябрь и первую декаду октября (Воробьев, 1936). У границ Вологодской и Ярославской обл. (Дарвиновский заповедник) массовый отлет падает на середину сентября, отставшие летят до конца этого месяца.
Как исключение, ласточки задерживаются здесь до октября (Спангенберг и Олигер, 1949). В Ленинградской обл. последние касатки отмечаются 11 сентября — 7 октября (Бианки, 1912). В Новгородской — в начале сентября (Бианки, 1888). Отлет в Калининской обл. приходится на последнюю декаду сентября (Третьяков, 1940). В Псковской обл. общая численность сильно убывает во второй трети сентября, до конца этого месяца ласточки встречаются нередко, а в начале следующего остаются лишь одиночки.
Иногда летят еще даже в середине октября (Зарудный, 1910). В Смоленской обл. касатки отлетают 9—10 сентября (Огнев, 1909), но иногда задерживаются и дольше. Под Москвой пролет главной массы приходится на конец августа, а остальные встречаются до октября (Лоренц, 1894). В Калужской—основная масса отлетела в 1909 г. в начале сентября, а последние были отмечены 10 октября. В 1911 г. в Козельском у. еще наблюдались 7сентября (Филатов, 1915).
В Рязанской обл. отмечается поздно. 6 октября ласточек было там еще много, 15 отмечено штук 50 и 22—последняя одиночка (Павлов, 1879). Валовой пролет указывается для этой области на начало октября (Хомяков, 1900). В Тамбовской обл. ласточки еще держались в первых числах сентября, а отдельные экземпляры можно было видеть до конца этого месяца (Резцов, 1910). В Воронежской обл. массовый осенний лет бывает между 17 и 23 сентября. В теплые осени задерживается до 22 октября (Северцов, 1855—1950). Из Латвии главная масса ласточек улетает до 20 сентября, но во многих случаях молодые птицы наблюдались вплоть до 15 октября (Иванаускас, 1953).
В Калининградской обл. касатки отлетают со второй половины сентября, а у Росситена даже с конца августа. Валовой пролет зависит от погоды и в сухую осень 1907 г. резко оборвался 10 октября. В 1911 г. пролет закончился 23 сентября, в 1910—1 октября. Одиночки попадаются и позже и отмечены в разные годы в начале, середине и конце октября (Тишлер, 1914).
В Белоруссии ласточки исчезают, по данным для южной части Минской обл., к 9 октября, как это было в 1903 г. В других случаях отлет датируется концом сентября (Шнитников, 1913). В Закарпатских районах Украины осеннее движение начинается откочевкой с гор уже 3—5 сентября, но на высоте до 280—300 м касатки остаются до 16—18 (Страутман); пролетные касатки бывают в Закарпатье многочисленными между 8 и 18 сентября, а вообще отлет приходится на вторую декаду этого месяца (Портенко, 1950). На юге Киевской обл., в окрестности Умани, отлет приходится на конец сентября, а отдельные запоздалые птицы задерживаются до середины октября (Габель, 1879).
В Каменец-Подольской обл. отлет местных начинается между 18 и 25 августа. После их отлета начинается лет северных особей и заканчивается он 10—12 сентября (Подковыркин, 1948). В Харьковской обл. массовый отлет приходится на время с 3 по 27 сентября. Последние одиночки исчезают в период между 12 сентября и 28 октября. Чаще всего это бывает в двадцатых числах B1—30) сентября (Сомов, 1897). У Полтавы самый поздний пролет отмечался 14 октября (Гавриленко, 1929).
В Днепропетровской обл. касатки начинают отлетать с середины августа. Длится пролет до пятых чисел октября, но валовой лет кончается к 28 сентября (Боровиков, 1907). Херсонскую обл. касатки оставляют в конце сентября и в первой половине октября (Браунер, 1894). В Крыму касатки с 10 сентября уменьшились в числе 13, 10 и 21 шел лет небольших стаек, но еще 24 и 27 сентября птиц было много в Суинджи и Вайрате. Самый поздний отлет отмечен в конце октября (Никольский, 1892).
На крайнем востоке ареала типичного подвида — в области верховий Енисея у Минусинска—отлет происходит в конце августа; несколько отсталых экземпляров встречено в Минусинске 23 сентября (Сушкин, 1914). У Красноярска последние отмечены 17 сентября (Юдин, 1952). В Северном Казахстане, в области верхнего течения Иргиза, сильный пролет шел в конце августа и к концу сентября касаток оставалось немного и последние были замечены 6 октября (Сушкин, 1908).
У оз. Кургальджин основная масса отлетела в третьей декаде сентября. Последние исчезли 18 октября (Владимирский и Меженный, 1952). Отлет ласточек с Алтая происходит в первой половину сентября. 12 их уже не было в Катон-карагае, 15 они еще задерживались в Муюте и Сарасе, в середине сентября улетели из окрестностей Новенского, пролетные наблюдались у оз. Зайсан 12 сентября (Сушкин, 1938). В Средней Азии отлет и пролет ласточек приходится преимущественно на сентябрь. В Семиречье, в горах у Алма-Ата, касатки были обычны до половины сентября и продержались до 18 (Шульпин, 1939).
Отдельные небольшие стайки задерживаются до 2 октября (Корелов). Около Джаркента молодые стали сбиваться в стаи с 17 августа, пролет шел до 1 сентября, а разрозненные стайки еще отмечались 17 и 27 сентября и 11 октября (Шестоперов, 1929). В различных пунктах Илийской долины, у Алма-Ата и Копала, последние пролетные ласточки отмечались между 1 и 12 октября. У Илийска между 5 и 10 был отмечен массовый лет. Последняя касатка в долине Или встретилась 11 ноября (Шнитников, 1949). В Северных Кызыл-Кумах ласточки наблюдались до 20-х чисел октября (Спангенберг, 1936).
Под Ташкентом их пролет захватывает весь сентябрь, на Сыр-Дарье, в районе Байаута, с 29 октября по 5 ноября наблюдались немногочисленные, одиночные особи (Мекленбурцев), На Зеравшане у кишлака Арапхона ласточки были еще обычными 18 и 21 октября (Даль, 1936). На Кашка-Дарье большие стаи тянули вниз по реке ежедневно между 20 и 26 сентября (Мекленбурцев). В Таджикистане касатки летят в сентябре — октябре. Ежедневно в конце сентября большие стаи двигались вниз по Гиссарской долине.
В Сталинабаде они держались до середины октября и исчезли во второй половине этого месяца (Иванов, 1940). На Памире пролет наблюдался в конце августа и в сентябре. В первой декаде октября ласточки не летели через Памир, а сворачивали в Фергане и тянули на запад вдоль гор (Северцов, 1879). В Туркмении осеннее движение начинается рано. Оно отмечено уже 30 июля—3 августа в пустыне между Чарджоу и Мары.
Сильный пролет наблюдался в самом начале сентября у Чикишляра и длился здесь до конца октября (Зарудный, 1896). Для юго-восточного побережья Каспийского моря началом пролета служит вторая половина сентября. Пролет длится весь октябрь и ослабевает к его концу, последние особи замечены у Красноводска 30 (Исаков и Воробьев, 1940). Кавказ и Предкавказье, подобно Средней Азии, характеризуются массовым пролетом касаток главным образом в сентябре. У Ростова отлет отмечался в конце сентября, но 23 числа здесь было еще большое количество птиц.
Окончательное исчезновение для Азовского моря датируется 12—18 октября (Радде, 1884). В низовьях Кубани большие пролетные стаи наблюдались в конце августа и первых числах сентября (Кистяковский, 1932). В западной части северного склона Кавказского хребта отлет зарегистрирован в сентябре и начале октября A октября в 1934 г. и 10—в 1933 г.; Аверин и Насимович, 1938). На грузинском побережье Черного моря последние ласточки отмечались 21 и 24 октября (Вильковский, 1897), а в Тбилиси они исчезли 30 сентября (Сатунин, 1912).
Из Армении отлет касаток, по наблюдениям на Среднем Араксе, зарегистрирован между 6 и 11 сентября (Ляйстер иСоснин, 1942). Впрочем, они задерживаются в Армении и позже, так как отмечены в Гельской котловине 27 сентября и держались там до 3 октября (Сатунин, 1907; Ляйстер и Соснин, 1942).
Биотоп. Европейская касатка настолько тесно сжилась с челоиеком, что основным его гнездовым биотопом стали человеческие поселения. При этом в больших городах касатка поселяется не особенно охотно. Гораздо охотнее заселяются ею небольшие поселения, иногда даже отдельные хутора. Здесь она преимущественно выбирает не особенно большие, широко открытые постройки вроде конюшен, навесов, мельниц, террас и т. п. В естественных условиях касатка изредка встречается в горах, но не поднимается слишком высоко и гнездится в достаточно светлых и неглубоких пещерах.
Вслед за человеком поднимается в горы до высот 1200—1300 м у Кисловодска, по Арагве, у Тбилиси (Лоренц, 1887; Радде, 1884; Цветков, 1901). На Большом Кавказе найдена на высоте до 2400—3000 м (Радде, 1884). Сходные цифры—2500 м—приводятся и для Армении (Ляйстер и Соснин, 1940). В Средней Азии, в Гиссарском хребте, деревенская ласточка идет до высоты 1800—2000 м (Иванов, 1940).
В Зеравшанском хребте поднимается до 1560 1680 м (Даль, 1936, 1941), а в Туркестанском до 1500 м (Мальчевский, 1940). У оз. Сары-Чилек, в Чаткальском хребте, гнездится на высоте около 1500 м (Кашкаров, 1927). В Восточном Тянь-Шане поднимается до 1200 м у Алма-Ата, 1700—на Иссык-Куле и 2140—на Нарыне (Шнитников, 1949).
Для Алтая в качестве предельной указана высота в 1100 м (Сушкин, 1938). При всех случаях наличие в непосредственной близости воды является непременным условием. Кормовые биотопы разнообразны: луга, выгоны, долины рек, окрестности поселений. Важно лишь, чтобы это были открытые, поросшие травой или мелким кустарником пространства. Лесов ласточка избегает.
Численность. Европейская касатка—одна из очень обыкновенных птиц во всех участках своего ареала, за исключением пустынь и высокогорий. Больших колоний она не образует, но почти в каждом маленьком поселке обычно живет не менее нескольких пар касаток. После вылета молодых стаи достигают до нескольких сот. Особенно многочисленные стаи можно видеть у южных пределов Украины, Кавказа и Средней Азии, где во время осеннего пролета ежедневно пролетают тысячи касаток. Весной численность резко понижается, и к местам гнездовья Еозвращается не больше птиц, чем гнездилось в прошлом году. Это происходит из-за убыли на зимовках и пролетах, но причины ее в русской литературе не освещаются.
Известны случаи массовой гибели касаток и в наших пределах. Они отмечены как для весеннего, так и для осеннего времени. Гибель происходит от резкого похолодания, в одних случаях с выпадением дождя или снега, в других—без него. Далеко не всегда при этом температура опускается ниже нуля. Известны случаи массовой гибели касаток при температуре +5° и +6° (Карамзин, 1901).
Основная причина гибели — голод из-за отсутствия летающих насекомых. Ласточки прекращают летать, нахохлившись сидят на вершинах кустов и высоких трав. Осенью часто забиваются в строения, собираются плотными массами и впадают в состояние оцепенения. При возвращении тепла уцелевшие особи ведут себя нормально (Карамзин, 1901; Птушенко и Гладков, 1933; Орлов, 1947; Подковыркин, 1948). Вообще же общая численность особей типичного подвида в нашей стране очень велика.
Экология. Размножение. Наиболее рано возвращающиеся особи обыкновенно оказываются самцами, но как только пролет примет регулярный характер, в стаях бывает уже много самок. Из года в год касатки возвращаются к одному и тому же гнезду, причем первым прилетает самец, а к нему присоединяется самка, иногда та же, которая была в прошлом году. В других случаях пары образуются только на один сезон.
Старое гнездо большей частью не занимается, если даже оно хорошо сохранилось. Больших колоний касатка не образует, но несколько пар располагается иногда в близком соседстве. В этих случаях соседние пары легко уживаются. Касатки добывают пищу не только в непосредственной близости от гнезда. В гнездовое время их можно видеть вдалеке от всяких поселков. Для гнезда касатки занимают иногда почти темное помещение с очень маленьким входом, едва достаточным для стремительного влетания птицы. Место прикрепления гнезда чаще всего находится у самого потолка на стене или балке.
Большей частью птица селится в непосредственной близости с человеком, в редко посещаемых постройках, но иногда занимает и совершенно покинутые. Отмечено гнездование в старых колодцах, в голой степи или пустыне, но при условии, если вблизи нет более подходящих мест. В некоторых случаях касатка гнездится в очень легких постройках — шалашах или юртах и прикрепляет гнезда к таким шатким основам, как соломенная веревка или толстая, широкая шерстяная лента. При гнездовании в природе гнезда прикрепляются под потолками пещер, под толстыми ветвями деревьев, под гнездами крупных хищников. Гнездо делается из мокрой земли, обильно смоченной слюной птиц. Земля приносится в клювах в виде комочков, имеющих форму ротовой полости. Комочки эти кладутся острым концом внутрь—к лоточку.
Между ними вкладываются соломинки, куски конских волос, травинки. Внутри гнездо выстилается мягкой травой, перьями и конским волосом. Размеры гнезда: диаметр 85—140, высота 80, диаметр лотка 70—100, его глубина 40 мм (Сомов, 1897). В другом случае гнездо имело 92 мм высоты, 140 мм длины и 126 мм ширины (Зарудный, 1896). К постройке гнезда касатки приступают вскоре после образования пары.
Даже в самых южных частях СССР, например в Азербайджане, гнездостроение начинается не ранее конца марта. В более северных районах оно, в соответствии с прилетом, начинается позднее. Строится гнездо сравнительно быстро—4—5 дней, но иногда работа затягивается до 10 дней. Период постройки гнезд продолжается долго, видимо, в связи с тем, что не все касатки быстро образуют гнездовые пары, например в Алма-Ата еще 16 мая попадались лишь наполовину готовые гнезда (Шнитников, 1949).
Даже в такой южной местности как Иолатань на Мургабе недостроенные гнезда находили 6 мая (Радде и Вальтер, 1899). Таким образом, в течение всего лета можно находить пары касаток в различные моменты их полового цикла. Однако большинство пар гнездится более или менее одновременно. Поэтому часто бывает можно наблюдать массовую откладку яиц и их насиживание, развитие и вылет птенцов. У крайней северной границы ареала, куда ласточки прилетают в конце мая, а отлетают в августе, не может хватить времени на вторую кладку. В средней полосе Союза, где ласточки появляются в начале мая, а отлетают в сентябре, они располагают достаточным временем для повторного цикла размножения.
Наблюдения по срокам откладки яиц, развития и вылета птенцов имеются почти для любой области Союза. Для иллюстрации процесса размножения можно ограничиться более или менее сходными данными различных авторов. В Туркмении ненасиженные яйца находили с 19 апреля (Зарудный, 1896). Почти готовые к вылету птенцы наблюдались 21 июня в Иолатани на Мургабе (Богданов). На Аму-Дарье, в Чарджоу, спаривание отмечено 13 мая, а 30 июня наблюдались уже вылетевшие молодые. В конце июня в Нукусе были гнезда с начавшими оперяться птенцами, а 4 и 5 августа здесь был отмечен вылет птенцов второй кладки (Гладков, 1932).
В предгорных кишлаках под Ташкентом и в самом Ташкенте вылет молодых первой кладки приходится на вторую половину июня—начало июля (Мекленбурцев). Указанные в литературе сроки для Ташкента — с 9 апреля по 11 октября (Сатаева, 1937)—не могут не казаться несколько растянутыми. В Сталинабаде постройка гнезд для первых кладок начинается с 8—10 апреля (Ахмедов) и длится до 20-х чисел мая. Молодые попадаются уже в начале июня. Во второй половине июня ремонтируются гнезда для второй кладки, а птенцы вылетают из них в августе (Иванов, 1940).
В Алма-Ата гнезда со свежими яйцами встречались в конце мая, птенцы вылупливались в середине июня и вылетали в начале июля. Начало второй кладки наблюдалось с конца июля, а птенцы покидали гнезда в конце августа—начале сентября. В Северном Казахстане, на оз. Кургальджин, недавно вылетевшие птенцы второй кладки наблюдались в октябре (Владимирская и Меженный, 1952). На юге Западной Сибири, в окрестностях Томска, ласточки гнездятся в начале июня (Залесский, 1915).
Однако на оз. Чаны кладки свежих яиц были собраны 1—2 июня (Лавров, 1925). У Красноярска свежие и насиженные яйца были найдены 22 июня» МассЬвый вылет молодых приходится здесь на конец июля (Юдин, 1952). На крайнем севере Западной Сибири, у Березова на Оби, кладка яиц начинается в середине июня (Шухов, 1915). В Молотовской обл. семья слетков отмечена 27 июля, это указывает на начало гнездования около конца июня (Резцов, 1904). На юге Урала, в Чкаловской обл., свежие яйца обнаруживаются между 24 мая и 28 июля, что явно указывает на две кладки. Первых порядочно летающих молодых находят там в конце июня (Зарудный, 1888).
В Поволжье ласточки выводят птенцов также два раза в лето. Вылет первых молодых у Сызрани приходится между половиной июня и началом июля (Богданов, 1871). В дельте Волги кладка приходится на середину мая, а в 20-х числах июня птенцы покидают гнезда (Воробьев, 1936). В Воронежской обл. касатки несутся два раза—в июне и августе (Северцов, 1855). Однако для более северных мест отмечается несколько более раннее гнездование. Например для пределов Калужской обл. указывается вылет птенцов 2 июля (Филатов, 1915).
Насиживание началось в этом случае не позднее начала июня. В Смоленской обл. начало кладки приходится на конец мая (Огнев, 1909). В Брянской обл. кладка начинается с середины мая, а первые слетки появляются около 20 июня (Суслова, 1937). У Пскова свежая кладка из трех яиц обнаружена 28 мая (Зарудный, 1910). Для Новгородской обл. срок откладывания яиц приходится на начало июня, а вылет с гнезд на начало июля (Бианки, 1910). Даже для таких северных районов, как междуречье Шексны и Мологи, начало гнездования приходится на конец мая—начало июня, а вылет первых птенцов бывает между 4 и 12 июля. Вторые кладки начинаются с 18 июля.
Вылет птенцов между 8 и 11 августа, хотя в некоторых гнездах птенцы задерживаются до конца этого месяца (Спангенберг и Олигер, 1949). У Архангельска постройка гнезд отмечена 3—7 и 5—14 июня, первые яйца обнаружены 7—18 июня, а вылет птенцов наблюдался 10—25 июля (Паровщиков). Для Прибалтики (Калининградская обл.) имеется указание на вылет молодых первого цикла размножения 3 июля, а второго—12 сентября (Тишлер, 1914). В Западной Украине, на северных склонах Татр, начало гнездования— середина мая. На высотах до 500 м касатка гнездится здесь два раза в лето. На высотах выше указанной границы успевает вывести птенцов лишь один раз. Вылет первых птенцов приходится на середину июня, а вторых—на начало августа (Страутман). В Подолии нормально гнездится дважды в лето (Герхнер, 1928).
Вылет молодых первого вывода наблюдался здесь в первых числах июля. Массовый вылет молодых второго вывода пришелся на 1 августа, но запоздавшие задержались в гнездах еще дб 20 (Портенко, 1928). По тщательным наблюдениям в течение ряда лет в Харьковской обл. первые кладки обнаруживаются с конца первой декады мая. Вторая кладка начинается в конце июня; самый поздний вылет молодых — сентября (Сомов, 1897). В Крыму начало кладки наблюдалось 27 мая. Наряду с этим 17 июня было найдено гнездо с 5 свежими яйцами, а 19—с одним. 20 июля отмечены подросшие молодые, которые еще получали корм, а 8 августа только что вылетевшие (Никольский, 1892). В Ростове 15 мая было осмотрено 10 гнезд. В одном было 3 птенца и яйцо, во втором — 2 птенца и 2 яйца. В четырех гнездах от 1 до 3 яиц и четыре гнезда пустых.
22 июля почти все птенцы покинули гнезда. 9 августа было найдено гнездо с 6 пуховыми птенцами второй кладки. Наконец, 2 сентября в нескольких гнездах еще находились невылетевшие птенцы (Сарандинаки, 1908). На Кавказе первые выводки покидают гнезда в конце июня, а вторые в конце августа (Радде, 1884; Сатунин, 1907), есть указания, что6 июля молодые вторых выводков были в пеньках (Вильконский, 1897). На юго-западном побережье Каспия, у Кумбашей, начало постройки гнезд замечено 25—26 марта, в конце этого месяца наблюдалось спаривание (Иванов, 1952).
Количество яиц в первой кладке обычно 4—5, редко 6, 3, 2 или 7. Кладки в 7 яиц встречаются сравнительно редко и отмечались лишь в Закаспии (Зарудный, 1896) и на оз. Чаны (Лавров, 1925). С другой стороны, здесь же найдены и очень небольшие кладки из трех яиц (Лавров, 1925). Наиболее часто в гнездах встречается 4—6 яиц. Вторые кладки содержат на 1—2 яйца меньше, чем первые, и в них бывает не более 4—5 яиц (Гебель, 1879; Мензбир, 1895).
Цвет яиц белый с серыми и буро-красными точками и пятнами (Эверсманн, 1866) или скорлупа чисто-белая, у тупого полюса немного голубых, серо-фиолетовых или темнофиолетовых пятнышек и крапинок. Поверхностные пятна и точки фиолетовоили красновато-бурые. Бывают они и коричневатоили ржавокрасного цвета (Сомов, 1897). Мензбир (1895) описывает окраск
AOF | 06.02.2023 11:06:09